За весенние месяца засуха на части Туркменистана не только не ослабла, а ещё больше усилилась, распространившись на новые регионы.
Особенно засушливым выдался май. По всем метеостанциям, по которым есть данные осадков выпало менее 25% от климатической нормы, при этом по большинству вовсе количество осадков равно нулю, что резонно контрастирует с мартом-апрелем, в которых выпадение осадков было неравномерным. Если в одних районах был дефицит, в других, пусть и локально больше нормы.
На конец мая экстремальная засуха наблюдалась в большинстве районах Ахала – Бахарденском, Геоктепинском, Каахкинском, Серахском этрапах, этрапе Ак Бугдай, в том числе в столице Ашхабаде. Сильная засуха наблюдается в остальных регионах Ахала, а также на востоке Балканского велаята.
Умеренная засуха отмечается в Тедженском этрапе Ахала, на части территории Дашогузского велаята и по северу Лебапа.
За январь-май в Ашхабаде выпало лишь 23,8% от климатической нормы осадков за период с января по май (33,5 мм осадков по факту, при норме 141 мм за 5 месяцев). По месяцам особенно засушливые январь – 14% от месячной нормы, апрель – 15% и май – 12%.
В Бахардене за этот же период выпало 28,9% от нормы за период январь-май.
В Серхасе 26,6% от нормы.
Ербенте – 26,7% от нормы.
В Эсенгулы (Балканский велаят) 30,7% от нормы за 5 месяцев.
Теджене – 36,7%.
Как видно из цифр выше, фактическое количество осадков в разы меньше нормативных значений.
Как сообщает издание «Хроника Туркменистана» засуха ожидаемо привела к низкой урожайности пастбищ и дефициту кормов. О возможности подобной ситуации «Метеожурнал» сообщал в начале марте, анализируя тенденцию фактического количество осадков и долгосрочных прогнозов на весну по осадкам и температуре.
Из-за дефицита кормов скот истощен, ослаблен и подвержен инфекционным и неинфекционным заболеваниям, сообщает издание.
Анализ фактических данных по осадкам за январь-февраль указывает, что урожайность пастбищ в большинстве районах Ахала этой весной была крайне низкая. Также засуха негативно сказалась на посевах сельхозкультур не имеющих или ограниченно имеющих доступ к водам для орошения из Каракумского канала.
